Возвращение грузинских царей

Современный российско-грузинский диалог, несмотря на отсутствие дипломатических отношений между странами, переживает определенный подъём. По крайней мере, в сравнении с низшей точкой (отзыв посольских миссий) сегодняшняя ситуация заметно лучше. В октябре 2012 года на выборах в грузинский парламент победила коалиция «Грузинская мечта», настроенная на максимально возможную в условиях современного грузинского политического процесса нормализацию отношений с Россией. Бывшая правящая партия «Единое национальное движение», продуцирующая откровенно антироссийскую риторику, перешла в оппозицию. Тогда же началась политическая маргинализация президента Михаила Саакашвили, ставшего после августовской войны 2008 года личным врагом для руководителей России. Всё это способствовало появлению возможностей для некоторой деполитизации российско-грузинских отношений. В рамках этого процесса имели место несколько позитивных шагов обеих сторон. Во-первых, после разрыва дипломатических отношений стороны продолжили участвовать в приемлемом формате консультаций – женевских встречах статс-секретаря МИД России Григория Карасина и его контр-партнёра, спецпредставителя премьер-министра Грузии по отношениям с Россией Зураба Абашидзе. С одной стороны, в рамках этих встреч стороны договорились не обсуждать т.н. красные линии: вопросы статуса де-факто государств Абхазии и Южной Осетии. В настоящее время эта проблема носит тупиковый характер: Россия не намерена отзывать дипломатическое признание Абхазии и Южной Осетии, равно как и Грузия настаивает на поддержании принципа своей территориальной целостности и сохранении формального суверенитета над де-факто государствами. С другой стороны, обозначение «красных линий» и договорённость об их исключении из повестки дня позволили перейти к обсуждению сугубо экономических вопросов. Во-вторых, Россия сняла эмбарго в отношении некоторых видов грузинской продовольственной продукции. На российский рынок вернулись вина и минеральные воды, что позитивным образом сказалось на грузинской экономике. В-третьих, Грузия гарантировала присутствие свой команды на Олимпийских играх в Сочи, что не может не рассматриваться как дружественный шаг по отношению к России. Несмотря на оговорки в отношении присутствия официальных лиц, спортивная команда будет участвовать в Олимпиаде. В-четвёртых, в рамках деполитизации отношений и в России, и в Грузии снизился накал общественно-политического дискурса, ранее присутствовавший из-за негативного отношения руководства обоих государств друг к другу и активного использования враждебного дискурса обеими странами (Россией – начиная с 2006 года). В-пятых, Грузия существенно изменила внутренний вектор в отношении де-факто государств, уделяя большее внимание вместо территориально-политического аспекта гражданско-гуманитарному. Нынешний министр по делам реинтеграции Паата Закареишвили неоднократно анонсировал изменение названия своего министерства: с 1 января оно именуется министерством по вопросам примирения и гражданского равноправия. Тем самым грузинские официальные власти пытаются устранить один из аргументов для своих контр-партнёров из Абхазии и Южной Осетии, из-за которого они не готовы садиться за стол переговоров. Акцент переносится с возвращения этих территорий под юрисдикцию грузинского государства на возвращение этносов под зонтик нации-государства. Независимо от степени успешности данного шага, следует подчеркнуть его рациональность. В-шестых, изменения во внутренней политики Грузии создают очевидную PR-основу для облегчения российско-грузинского диалога. Михаил Саакашвили, потерявший пост президента, в настоящее время является удобной мишенью для правящей элиты Грузии. Его часто обвиняют (зачастую справедливо) во внешнеполитических ошибках. В этих условиях официальный Тбилиси, сменивший основных акторов, как бы обнуляет негативный фон по отношению к трём государствам на севере. Наконец, на последней большой пресс-конференции 19 декабря 2013 года президент России Владимир Путин заявил: «Мы вполне могли бы пойти на возврат к безвизовому режиму» (президент подчеркнул, что не знает, почему глава МИД Сергей Лавров несколькими днями ранее сказал, что не видит возможности устранения визового режима с Грузией). Грузия в свою очередь не вводила визовый режим в отношении граждан России. Отмена виз с нашей стороны была бы, безусловно, дружественным шагом, способствующим укреплению не только (и не столько!) правительственных, сколько человеческих связей между Россией и Грузией. Сейчас двусторонняя повестка дня находится в состоянии стабилизации. Не только российско-грузинское направление, но и вся кавказская политика России (как внешняя, так и внутренняя) «заморожена» в связи с предстоящей Олимпиадой в Сочи. Непублично представители грузинского истеблишмента признают, что после Зимних игр-2014 ожидают изменений со стороны России. Глядя из Москвы, их вектор сложно предсказать, но очевидно, что они будут. В приватных разговорах грузинские официальные лица говорят, скорее, об ожидании негативного тренда, поскольку позитивная повестка дня исчерпана на женевских встречах, и стороны подошли к «красным линиям» вплотную. С учётом этого российско-грузинским отношениям в постолимпийский период потребуются явные позитивные драйверы. Наряду с отменой визового режима с Грузией драйвером для позитивного развития российско-грузинских отношений могло бы стать начало официальных переговоров по вопросу перезахоронения грузинских царей на Родине. История Грузинские цари Вахтанг VI и Теймураз II, оба представители династии Багратиони, в настоящее время покоятся у южной стены в подклети Успенского собора Астраханского кремля. Их царствования относятся к периоду существования раздробленной Грузии, разделённой на Имеретию, Картли и Кахетию. Вахтанг VI был правителем одного из грузинских княжеств – Картли, занимавшего территории нынешних краёв Квемо-Картли и Шида-Картли на востоке Грузии. Он правил с 1701 по 1711 годы и в 1719-1724 годах. В 1722-1723 годах Пётр Великий, опираясь в т.ч. на силы Вахтанга, предпринял персидский поход. В борьбе с персами Вахтанг потерпел поражение и бежал в Россию, где жил в Москве и Астрахани, в которой в 1737 году умер и был там же погребён. Не снискавший лавры на государственной ниве, он был гораздо успешнее в просветительской и образовательной сфере: основал типографию (где впервые был напечатан «Витязь в тигровой шкуре»), переводил персидские книги, писал стихи – для грузин он не только государственный деятель, но и крупнейший просветитель своего времени. Теймураз Второй, сначала царь Кахетии, затем – Картли, зять Вахтанга, поэт-лирик. Во внешней политике ориентировался ситуативно на Иран и Россию. В 1744 году вступил на престол Картли, оставив в Кахетии своего сына Ираклия Второго. В 1758 году совместно с царями Соломоном Первым и Ираклием Вторым заключил военно-политический союз, по условиям которого, соответственно, Картли, Имеретия и Кахетия должны были помогать друг другу в случае нападения на одну из политий. Данный шаг можно считать одним из первых институциональных на пути объединения Грузии. В 1762 году уже после смерти Теймураза его сыном Ираклием II было основано объединённое из двух царств Картли-Кахетинское царство, просуществовавшее до 1801 года, когда восточная Грузия вошла в состав России. После смерти Вахтанга VI и Теймураза II судьба захоронений несколько раз кардинально менялась. В 1801 году по распоряжению архиепископа Платона демонтировали надгробные памятники. В 1943 году могилы подверглись разграблению, вероятно, сотрудниками НКВД. В 1955 году проводились предварительные раскопки без вскрытия могил. В феврале 1973 года под руководством археолога Е.А. Толмачёва могилы были вскрыты при участии грузинских историков. Современность В рамках новейшей политической истории вопрос о перезахоронении не удалось разрешить, хотя стороны не единожды были близки к этому. В 2002 году в ответ на просьбу Эдуарда Шеварнадзе к Владимиру Путину и Католикоса-Патриарха Илии II к Патриарху Алексию II оба раза поступали устные согласия. По неподтверждённым сведениям, на одной из встреч до 2006 года (т.е. начала ухудшения российско-грузинских отношений) с Илией Вторым президент Путин сказал ему примерно следующее: «Я сам с удовольствием приехал бы в Грузию, чтобы участвовать в церемонии погребения, когда придёт время…». В письме Патриарху Кириллу в ноябре 2011 Католикос-Патриарх Илия II вернулся к обсуждению вопроса. РПЦ ответила: «Ввиду фактического отсутствия прямых документальных свидетельств о том, что Вахтанг VI и Теймураз II желали быть похороненным в Грузии, а также учитывая тот политический резонанс, который могло бы вызвать перезахоронение, Святейший Патриарх Кирилл в ответном письме предложил Грузинской Церкви провести дополнительные исторические и археологические исследования, создав соответствующую российско-грузинскую комиссию». Перезахоронение царей на Родине, безусловно, глубоко личный вопрос для Католикоса-Патриарха Илии Второго. Он лично курировал подготовку саркофагов для захоронения царей в нынешнем главном кафедральном соборе Грузии – Соборе Святой троицы в Тбилиси. Помимо государственных отношений, в личном смысле перезахоронение укрепит отношение ГПЦ и её предстоятеля к родственной Русской православной церкви. Основные опасения РПЦ связаны с вопросом истолкования грузинским общественным мнением процесса перезахоронения. С учётом сохранения весомого положения в грузинской политике откровенно антироссийских сил, в частности, находящегося в оппозиции, но имеющего доступ к масс-медиа «Единого национального движения», позиция РПЦ представляется не лишённой оснований. Перезахоронение вполне может быть использовано отдельными силами для нагнетания антироссийской истерии в стиле: «Мы только сейчас получили от русских прах царей – русские препятствовали много лет восстановлению правды, и только под давлением здравого смысла согласились исправить свою ошибку, русские разграбили могилы наших царей…» и т.п. Вместе с тем, весомость позитивного решения по перезахоронению с российской стороны сложно переоценить. Учитывая непротиворечивость позиций обеих церквей (по всей видимости, РПЦ не возражает при наличии негласных гарантий на соответствующее освещение этого события в масс-медиа), возвращение тел на Родину должно стать безусловным жестом доброй воли со стороны России. «Выполняя просьбу грузинского народа, грузинской церкви, грузинских светских властей, мы, несмотря на объективные сложности, включающие как логистические, так и морально-этические аспекты, возвращаем прах грузинских царей для перезахоронения на Родине». Именно так – через вербализацию просьбы, жеста доброй воли и обозначение единства трёх грузинских институтов в данном вопросе – необходимо обеспечить PR-сопровождение перезахоронения. При современном уровне развития как российских, так и грузинских медиа и опыте самых разнообразных PR-кампаний, эта задача не представляется неразрешимой. Кроме того, РПЦ считает, что слишком многое зависит от местных властей и конкретно губернатора Астраханской области. В качестве одного из аргументов, помимо властных институтов, принимающих решения, РПЦ называет мнение местных мирян, которые уже воспринимают грузинских царей как часть местного культурного наследия: «Духовная связь астраханцев с гробницами почитаемых ими царей крепка». В данном случае это тоже не является неразрешимой проблемой, поскольку силами адекватной PR-кампании вполне можно изменить существующий региональный общественный тренд. Наименьшие сложности состоят в опасениях РПЦ и конкретно Астраханской епархии касательно недавно состоявшегося ремонта Успенского собора. Очевидно, что в случае перезахоронения пол придётся взламывать, что нанесёт ущерб храму. Грузинская сторона понимает это и готова профинансировать работы по восстановлению как по межгосударственной, так и по межличностной линии (в приватных разговорах инсайдеры называют имена конкретных бизнесменов в России, готовых взять финансовое бремя на себя). Кардинальное отличие грузинской позиции в сфере методики принятия решения состоит в том, что решение о перезахоронении, по их мнению, должен принимать лично президент России. Т.е. светские власти самого высокого уровня, но никак не церковные власти или власти регионального уровня. В этом смысле ГПЦ смотрит на повестку дня реалистичнее, нежели РПЦ. Помимо гласной повестки дня в процессе перезахоронения есть некоторые этические моменты. Этический вопрос  1. Последняя воля царей Этический вопрос заключается в разных подходах двух православных церквей. РПЦ считает, что последняя воля царей касательно места погребения не установлена. Созданная по предложению Патриарха Кирилла совместная российско-грузинская комиссия по итогам заседания 13 декабря 2012 года первым пунктом постановила: «Считать приоритетным вопрос об установлении последней воли». Документов, посвящённых последней воле царей за их подписью, нет (вернее, пока они не представлены ни одной стороной). Однако, в отношении последней воли Теймураза вопрос может быть исчерпан двумя указами императора Петра Третьего: 1) указ от 12 января 1762 года, в котором император поручает Коллегии иностранных дел отправить свиту умершего Теймураза в Грузию; 2) указ от 5 февраля 1762 года, в котором император поручает Коллегии иностранных дел вместе со свитой отправить в Грузию и «тело по завещанию его». Юридический  аспект, возможно, вызывает сомнения, однако, в случае принятия политического решения о перезахоронении аргументом вполне может стать указ императора во исполнение последней воли усопшего. В пользу того, что Теймураз похоронен в Астрахани против своей воли, говорит начальник инспекции по историко-культурному наследию департамента культуры Астраханской области А.А. Богатенко в своей справке: «Группа придворных, сопровождавших царственное тело в Грузию, по прибытию в Москву обратилась к правительству с просьбой похоронить Теймураза в Астрахани, рядом с могилой Вахтанга». В отношении последней воли Вахтанга VI ситуация менее ясная. Однако, и здесь есть документы, на которые можно опираться. Вахтанг составил «Книгу права» (в историографической литературе она также называется «Сборник законов Вахтанга VI» или «Уложение Вахтанга»). В 203 параграфе Устава о царе и членах царской семьи указывается: «После кончины царя он должен быть погребён в Мцхета», одном из древнейших городов Грузии. Грузинские историки толкуют этот документ вполне ясным образом: царь Вахтанг писал устав о членах царской семьи, безусловно, думая о себе тоже – значит, его воля быть похороненным на Родине вполне очевидно выражена. Российские историки настроены менее оптимистично, ставя вопрос прямолинейно и жёстко («хотел ли Вахтанг возвращаться в Грузию?»), и считают, что причины невозвращения Вахтанга VI в Грузию из Астрахани требуют углублённой проработки и дальнейшей работы в архивах с целью найти документ с ясно выраженной волей. Этический вопрос  2. Череп У Вахтанга VI отсутствует череп. По мнению РПЦ, это может быть истолковано массовым сознанием в Грузии самым негативным образом. Примерно в стиле: «Русские украли голову нашего царя». На самом деле такая постановка вопроса не лишена оснований. В 1943 году в Успенском соборе Астраханского кремля НКВД проводил раскопки (по версии А.А. Богатенко, «пол просел под тяжестью ящиков со снарядами» — в Успенском соборе был склад боеприпасов). Есть документально неподтверждённое мнение, что сотрудники НКВД попросту хотели поживиться оставленными в могилах царей драгоценностями. Военврач подполковник Филиппов, участвовавший в данном предприятии, обратил внимание на череп Вахтанга, после чего забрал его для учебно-анатомических действий («нужно было наглядное пособие для обучения медсестёр» — А.А. Богатенко). Существует фотография, на которой Б.Т. Филиппов изображён держащим этот череп. Грузинский археолог профессор Гиви Гамбашидзе долгое время занимался поисками этого черепа. В 1982 году он получил предположительно череп Вахтанга из рук сына Филиппова. Однако, по заключению профессора Г.В. Лебединской, заведующей лабораторией пластической реконструкции Института антропологии и этнологии РАН, этот череп не принадлежит Вахтангу VI, а вернее: не соответствует тому, который держит в руках на фотографии Б.Т. Филиппов. Впрочем, до проведения ДНК-экспертизы профессор Гамбашидзе не теряет надежд на то, что ныне хранящийся в Институте антропологии Грузии череп может принадлежать грузинскому царю. По версии участников экспедиции 1973 года сотрудника Астраханского музея В. Головачова и писателя А. Маркова кроме Вахтанга VI, в склепе не было черепа и у митрополита Сампсона. Т.е. существует высокая вероятность того, что если череп принадлежит не Вахтангу, то принадлежит Сампсону. Тогда становится очевидным ответный жест доброй воли со стороны Грузии – вернуть на Родину череп митрополита РПЦ. В любом случае для установления принадлежности черепа (Вахтангу, Сампсону или кому-то другому) необходимо вскрытие могил в Астраханском кремле и проведение ДНК-экспертизы. Несмотря на варварское обращение с могилами в 1943 году, у современной ГПЦ нет негативного отношения к Филиппову и его подельникам. Тем более, по сведениям Гиви Гамбашидзе, Филиппов покаялся перед смертью и просил отпустить ему грех осквернения могилы (по версии А.А. Богатенко, комендант Кремля пригласил врача осмотреть разрушенную давлением ящика со снарядами гробницу для того, чтобы убедиться, что в нет инфекции). В отношении черепа препятствие для перезахоронения представляет, скорее, позиция РПЦ, озвученная выше. Однако, отсутствие черепа не является новостью для грузинской стороны. Во-первых, грузинский историк Заза Абашидзе неоднократно выступал в печати по вопросу перезахоронения и поднимал вопрос отсутствия черепа. Кроме того, по его сведениям, в декабре 2013 года по грузинскому телевидению выступил митрополит Лазский и Батумский Димитрий и рассказал об отсутствии черепа. При адекватной PR-кампании данный тезис может быть доведён до ещё большего числа грузин с правильной точки зрения (к действиям Филиппова в военное время современная Россия отношения не имеет, сами их осуждает, напоминая, что он покаялся перед смертью). Во-вторых, нынешние грузинские церковные власти совершенно не склонны связывать происшествие 1943 года с современной Россией, её властью и её народом. В-третьих, по мнению Католикоса-Патриарха Илии Второго, отсутствие черепа не является препятствием для перезахоронения Вахтанга на Родине. Этический вопрос  3. Конференция По протоколу заседания совместной российско-грузинской Комиссии от 13 декабря 2012 года обеим сторонам предложено «провести совместную научную конференцию в Астрахани, посвящённую истории пребывания Вахтанга VI и Теймураза II в Грузии и истории грузино-российских отношений их времени». Временем проведения конференции был обозначен декабрь 2013 года. По всей видимости, организация конференции зашла в тупик, хотя на официальном и публичном уровнях обе церкви заявляют о готовности участвовать в организации и проведении конференции. В настоящий момент достигнута предварительная договорённость сторон о проведении конференции в феврале 2014 года. Возможно, академическому сообществу стоит проявить инициативу и организовать собственную конференцию с привлечением представителей светских и церковных властей с обеих сторон. Этический вопрос  4. Личность Гиви Гамбашидзе Гиви Гайозович Гамбашидзе – археолог, один из известнейших учёных современной Грузии и уважаемый представитель академического сообщества. Последние полвека занимается изучением христианского наследия на Кавказе. Он же в качестве основного научного консультанта был включён в Комиссию со стороны ГПЦ. 24 апреля 2013 года «Известия» опубликовали статью «Тамерлана Царнаева завербовали через грузинский фонд» (http://izvestia.ru/news/549252). Речь в ней шла о том, что «Фонд Кавказа», который возглавляет Гамбашидзе, летом 2012 года проводил семинары, в которых участвовал один из братьев Царнаевых, в апреле 2013 года совершивших теракты в Бостоне. Гиви Гамбашидзе и МВД Грузии выступили с опровержениями указанной в статье информации. Через 16 часов после первой статьи «Известия» опубликовали вторую (http://izvestia.ru/news/549301), в которой уже присутствовало мнение грузинской стороны (и самого профессора Гамбашидзе), однако, по-прежнему очевидными намёками рисовалась картина вербовки Царнаева через грузинские НПО. Независимо оттого, что статья в «Известиях», скорее всего, была элементом политической игры против Михаила Саакашвили накануне его визита в США, начинавшегося 24 апреля. Вероятно, Гиви Гамбашидзе оказался фигурантом этого дела по случайности – его безупречная научная репутация в Грузии не вызывает сомнений. Кроме того, он один из немногих профессионалов по теме перезахоронения. *** В целом, ситуация с перезахоронением грузинских царей на Родине представляет собой классический случай, когда бюрократия в условиях отсутствия политической воли не только не может сдвинуть ситуацию с мёртвой точки, но и мешает прорыву из-за своей неспособности взять ответственность хотя бы за формирование «дорожной карты». Абсолютно позитивное для двусторонних отношений событие, способное в случае реализации реально укрепить межгосударственные и межцерковные связи, до сих пор не приблизилось к реализации вследствие неразрешённости логистических проблем, а не стратегических (ценностных или геополитических) противоречий. Не решать проблему с перезахоронением в положительном ключе для российской стороны и не действовать активнее по этому вопросу – с грузинской, значит не использовать объективно возникший шанс для закрепления позитивной повестки дня и дальнейшего укрепления отношений.

Алексей Токарев — к.п.н., научный сотрудник Центра глобальных проблем Института международных исследований МГИМО (У) МИД России

http://www.politcom.ru/17027.html

Comments

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *