Прощание с иллюзиями: две Грузии

Проект тбилисской НПО «Кавказский дом» «Грузино-российский диалог для мира и сотрудничества» проводится почему-то при финансовой поддержке МИД Великобритании, создавая ощущение, что российско-грузинский мир нужен ему больше, чем российскому и грузинскому внешнеполитическим ведомствам. Это «принуждение к миру» носит совсем не тот характер, который официально рассматривался в контексте войны 2008 года. Между тем, именно визиты в страну изучения как нельзя лучше способствуют формированию объективного мнения. Моя первая поездка в страну, изучению которой я посвятил 4 последних года и около 200 страниц диссертации, научных и публицистических статей, — это, конечно, прощание с иллюзиями. Нельзя сказать, что от российской пропаганды я отбивался книгой Ларисы Бураковой «Почему у Грузии получилось?», а от грузинской – сочинением Никиты Мендковича «Почему у Грузии не получилось?». Некоторое понимание сущности связей с общественностью грузинских реформ, равно как и специфики российских медиа присутствовало. Но всё-таки существовал какой-то чудесный образ прорывающегося на Запад государства, сумевшего за последние 10 лет не только потерять окончательно 20% формально числящихся за ним территорий, но и побороть власть «воров в законе», победить коррупцию, провести масштабные реформы госуправления, изменившие к лучшему жизнь конкретных людей. С учётом выданных мною авансов, Грузия никак не могла предстать страной, где дороги похожи на российские, люди постоянно жалуются на безработицу, а в городах большинство домов построены ещё при советской власти (при постсоветской они преимущественно разрушаются). Если утрировать, то Грузия в моем воображении – это бассейноподобное здание МВД, идеально ровный проспект имени Буша, новое здание Собора святой Троицы, президентский дворец в Авлабари, офис Бидзины Иванишвили на горе, набережная в Батуми, прозрачные полицейские участки и новые здания военных частей по всей стране, только сошедшие с конвейера патрульные «Шкоды», не берущие взяток полицейские, стремящаяся в Европу молодёжь, забывающее про Россию старшее поколение и Михаил Саакашвили в роли всегрузинского Анатолия Чубайса, на которого удобно вешаются все собаки. Неразворованные иностранные деньги Столкновение с грузинской реальностью начинается на выходе из здания аэропорта Тбилиси. Из какой-то ультрасовременности, вытканной пластиком, стеклом, сталью и подсвеченными лейблами, прилетевший попадает на стоянку подержанных европейских «старушек», обнесённую выцветшими билбордами. В российских городах такие, стоящие десятилетиями, призваны скрыть либо разрушенные дома, либо пустыри. Трасса от аэропорта в Тбилиси, при третьем президенте Грузии названная именем сорок третьего американского, конечно, никакая не авеню имени Джорджа У. Буша, машущего рукой с растиражированного в мировых медиа плаката на въезде на проспект. Его асфальтовое полотно похоже, скорее, на лицо Иосифа Сталина, испещрённое оспинами. С точки зрения PR, главная дорога, соединяющая крупнейшие аэропорт и город страны, должна быть положена идеально – странно, что этого не поняли грузинские власти, понимающие в связях с общественностью уж точно не меньше, чем в real-politic. Вдоль проспекта им. Буша стоят ветхие лачуги. Российскому сознанию они, конечно, более привычны вдоль какой-нибудь улицы Советской. Прилепленные спутниковые тарелки выдают в них жизнь. И эти покосившиеся домишки совсем не вписываются в картину лощёной, блестящей действительности, существовавшей в т.ч. и в моей голове до приезда в Грузию. Финансовая помощь Европы и США после «революции роз» не лилась над Грузией дождём, как это принято считать. Скорее, мощным потоком она упала в центр Тбилиси, отбрасывая капли по сторонам. Дом юстиции, больше похожий на футуристическое здание аэропорта, здания министерств обороны и внутренних дел, двухуровневые автомобильные развязки вдоль набережной Куры, внутренняя отделка министерств иностранных дел и реинтеграции. Ещё немного – и главный офис бывшей грузинской партии власти «Единое национальное движение», с торца которой на всех уезжающих в аэропорт смотрит бывший премьер Вано Мерабишвили с требованием свободы самому себе. Ещё капля – и недостроенное здание оперного театра, к которому из-за его сходства то ли с раскинутыми клешнями рака, то ли с упавшими наземь подзорными трубами у жителей Тбилиси отношение, мягко говоря, неоднозначное. Ещё капля – и через Куру перекинут пешеходный Мост мира, который большинство грузин иначе, как одним из предметов гигиены, не называют. Проектировщики этой архитектурной доминанты, действительно, мало думали о том, как мост выглядит с воздуха. Этот мост, многократно растиражированный в качестве символа новой Грузии, действительно позволяет проводить аналогии. Логично было предположить, что все эти здания должны были стать драйверами развития территорий вокруг себя. А не просто раздражать своей бессмысленной и дорогостоящей новизной живущих в старых домах безработных. Человек, проводящий в отношении Грузии «кабинетные исследования», объективно попадает в полную субъективизма ситуацию. По большинству направлений развития государственности (не путать с демократизацией!) Грузия – динамический лидер постсоветского пространства, впереди которого по качеству реформ и госуправления находятся лишь прибалтийские государства. Так, как Грузия росла в графиках борьбы с коррупцией, успешности ведения бизнеса, верховенства закона, привлечения прямых иностранных инвестиций, собираемости налогов и многих других, из государств бывшего Советского Союза не рос никто. При этом, конечно, надо отметить, что вопреки официальному Тбилиси во всех этих исследованиях успех был обеспечен аналитическим рассмотрением т.н. внутренней Грузии – без учёта де факто государств. С ними Грузия, не способная управлять этими территориями ни в каком качестве, во всех рейтингах как распавшееся государство находилась бы в яме гораздо глубже Туркмении и Узбекистана. Две Грузии Есть, как минимум, две Грузии. Первая, европейская и министерская, строит на всей контролируемой территории современные административные здания, полицейские участки и военные базы, перед которыми неизменно соседствуют флаги Грузии и ЕС – мечта должна быть визуализирована. Чиновники этой Грузии, получающие отличные зарплаты и годовые бонусы, с удовольствием используют сравнительный метод на презентациях: «Вот, что было… вот, что стало!». Различия между прежними и новыми таможенными пунктами, погранзаставами и отделениями полиции по праву представляются общественности официальными лицами этой министерско-европейской Грузии. Населяющие её люди молоды, хорошо, по-европейски образованы, знают и русский, и английский в качестве языков межнационального общения, ездят по миру (т.е. жизнь видели) и совершенно рационально хотят в ЕС. Европа – это не мантра для этих высокообразованных людей, которые понимают, что в ЕС кризис, а новые европейские государства всё же именно вступали в наднациональный институт, а не попадали в рай. Молодые жители этой Грузии вполне адекватно говорят, что самой Европе Грузия нужна куда как меньше, чем наоборот (последнее в неформальных разговорах признают и грузинские министры). Европа как синоним высоких стандартов жизни, соответствие которым и означает вступление в Европу. Рационально с этими молодыми грузинами очень сложно говорить. — Ну, да, — соглашаются они, — наши культуры переплетены, и русский язык, и русская культура должны остаться в культурном пространстве Грузии, но как с вами вести бизнес? У вас же есть Онищенко… — Был! — Ничего, найдётся кто-то другой, кто будет находить в нашем вине запрещённые вещества исключительно в связи с политической целесообразностью. Надёжные партнёры себя так не ведут. В этом случае аргументы о предсказуемости России в качестве политического партнёра сложно привести. Остаётся говорить про историю и географическую близость, но они с этим и не спорят. Т.е. думать, что проевропейскость равна антироссийскости, ошибочно. По своему мироощущению они уже европейцы, живущие в красивой, освещённой европейской столице со всеми глобальными признаками вроде макдональдсов, яркого света от вывесок мировых брендов, дорогих бутиков и шума большого города. В этом европейском Тбилиси на ярко освещённой площади Марджанишвили, на проспекте Руставели, на площади Свободы рядом с бережно сохранённой брусчаткой соседствует столь любимая отдельными московскими блогерами тротуарная плитка. Знаменитейшие маленькие улочки Тбилиси, разбитые, с полуразрушенными домами, покосившимися крышами и обветшалыми балконами не противоречат европейскому лоску, а даже добавляют ему умилительного шарма. Дескать, вот она, нетронутая история, ежедневно оживляемая квартирующими здесь людьми. С этой Грузией диссонирует другая. Та, в которой многоквартирные старые дома вызывают грусть, а не умиление. Вторая Грузия, состоящая из людей старшего возраста, ещё помнящих билеты по 37 рублей на самолёт Тбилиси-Москва, заставляет считать слухи об антироссийских настроениях сильно преувеличенными. Многие взрослые тбилисцы служили в Советской армии. Они сильно отличаются от молодых, ориентированных на Европу, тем, что, прежде всего, хотят восстановления отношения с Россией: «Зачем надо в Европу, а в Москву полететь нормально нельзя, и визы не дают?!» И вообще: «Зачем визы?» В этой Грузии почему-то не только таксисты, но вообще все жалуются на безработицу, ругают Саакашвили («испортил отношения с Россией») и не понимают смысла в «мостах, парках, министерских хоромах». Ментальность этой Грузии, действительно, советская: «Раньше можно было договориться, а сейчас везде на дорогах камер понаставили – как нарушать-то?» Эта советская Грузия живёт в не лучшего качества советских домах (самолёт, снижающийся по глиссаде, пролетает вдоль всего города, где хорошо различимы брежневские девяти- и двенадцатиэтажки). Такие дома, стоящие вдоль таких же дорог составляют большинство и в России. Те же новостройки, ярко выделяющиеся на улицах грузинской столицы, так же ярко смотрятся в российских областных центрах (Москва – не в счёт). Европу если и видно отсюда где-то кроме как в телевизоре, то исключительно во флагах ЕС, развивающихся в разных точках города. Отличный автобан, хорошо освещённый, с разделительным газоном, по три полосы в каждую сторону, ведёт из столицы в Самцхе-Джавахетию. Ответвляющиеся дороги больше напоминают Россию, а не Европу. Счастье общей Грузии в том, что эти две Грузии не имеют географического разделения, как, например, три-четыре Украины, обречённые вечно выяснять, на западе или востоке встаёт солнце, и куда по розе ветров дует ветер. Условно европейская и условно советская Грузии равномерно распределены по территории страны и отличаются, безусловно, во временном, поколенческом смысле. Нельзя подвергать сомнению масштабные реформы госуправления, проведённые в Грузии после «революции роз». Парадоксально, но деление двух Грузий не стоит проводить по напрашивающимся пропагандистским лекалам: витринная и настоящая. Они обе настоящие, и европейская – не витринная, а действительно реформированная. Вопрос не в факте изменений, а в их масштабах, как пространственных, так и временных. Если сравнивать современность с 90-ми, то результат очевиден. Теперь дома столицы не обогревают кирпичами, нагретыми на керосинках. Самая коррумпированная республика СССР, управляемая в 90-х годах в т.ч. нелегитимными вооружёнными формированиями, не имевшая единого центра власти, заменённого несколькими сепаратистскими, действительно ликвидировала институции «воровского мира», создала не берущую взятки дорожную полицию, перевооружила армию, упростила таможенные процедуры, повысила собираемость налогов, значительно обновила административную инфраструктуру. Но без включённого наблюдения за грузинской действительностью все рейтинги, несмотря на их объективность, однобоки. Они в подробностях, с уточнением деталей описывают и позволяют анализировать состояние фасада и внутренних помещений грузинского дома, но жизнь людей в нём остаётся без их внимания. Прощание с иллюзиями необходимо пройти всем, кто в рамках кабинетных исследований смотрит на графики, составляет собственные, читает медиа и разговаривает с людьми. Несмотря на наличие Интернета, т.е. возможности виртуально побывать в любой точке планеты, составить объективное впечатление без посещения исследуемой страны невозможно. Никакие графики не способные описать количество видов лачуг со спутниками на фоне лоснящихся стеклом и бетоном министерств. Никакие репортажи не заменят живого эмоционального разговора с человеком, не понимающим, зачем коррупцию на дорогах побороли в масштабах, препятствующих даже мелким нарушениям. Наконец, наличие двух стран в рамках общего административного пространства уяснить, тем более, сложно, если полагаться на исключительно позитивные или негативные книжки. Для понимания сущности и масштабов грузинских реформ в Грузии надо побывать, не прячась за графики успешного развития и диаметрально противоположные мнения в масс-медиа.

Алексей Токарев — к.п.н., научный сотрудник Центра глобальных проблем Института международных исследований МГИМО (У) МИД России

http://politcom.ru/16941.html

Comments

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *