Перспективы независимости Южной Осетии

Анна Двали

Центр культурных взаимосвязей «Кавказский дом»

Прошло уже более 4 лет как Южная Осетия обрела де факто независимость. Кроме России, независимость сепаратистского региона признали Никарагуа, Венесуэла, Науру и Тувалу. Россия продолжает активно работать на международном уровне, чтобы независимость Южной Осетии признали более «весомые» в международной политике страны.1 Хотя, эти ее усилия безрезультатны. Признание независимости Южной Осетии не нашло международной поддержки, что для России означает маргинализацию собственного политического решения. Проблемы, существовавшие до войны 2008 года – закрытые границы, блокада экономических каналов, бедность и отъезд населения из региона – стоят еще острее в де факто независимой республике Южная Осетия. Южная Осетия не обладает ни военно-политической, ни экономической независимостью. Ее формированию в реально независимое и эффективное государство мешает много факторов, наиболее значительным из которых является малочисленность населения, которое перманентно уменьшается. А также и география, которая превратила регион в естественный тупик, что не является благоприятным фактором для развития. С учетом этих факторов, у Южной Осетии , фактически нет перспективы независимого развития и она всегда будет, по большей части, в зависимом от других соседних государств состоянии. Анализ политических и экономических аспектов региона показывает, что нынешняя самостоятельность Южной Осетии призрачна, а возможность ее формирования как эффективного государства – бесперспективна.

Экономические аспекты

Изоляция и без того изолированной Южной Осетии, после августовской войны, в результате, закрыла ее границы с остальной частью Грузии, еще более возросла и сделала ее совершенно зависимой от России. В условиях политической и экономической изоляции, единственным партнером Южной Осетии является Россия и ее экономика также привязана к России. После признания независимости Южной Осетии Россия выделила региону значительную финансовую помощь. Для расходов на реконструкцию и бюджетных расходов де факто республика получила 26 млрд. руб. (840 млн. долларов США) помощи.2 За последние годы бюджет Южной Осетии вырос, однако более 90% бюджета приходится на российскую финансовую помощь. В 2009 году бюджет региона составлял 2,7 млрд.руб, согласно проекта бюджета на 2013 год, он составляет 4,73 млрд.руб, из которых 4,25 млрд.руб. приходится на финансовую помощь России.3 Очевидно, что финансовая помощь и бюджетная зависимость не ограничиваются лишь экономическими взаимоотношениями и подразумевают значительные политические обязательства, которые обеспечивают политическую зависимость региона от России. За финансовой помощью России не последовало улучшения экономического положения региона. По данным 2010 года, зарплата самого высокооплачиваемого занятого в Южной Осетии составляет около 240 долларов в месяц. Среднемесячная зарплата равна 3700 руб. (128 долларов США). Из-за высокого уровня коррупции, большая часть сумм, выделенных Россией, не достигает места назначения. После 2008 года Россия обещала, что она инвестирует в Южную Осетию 11,5 млрд.руб. на восстановительные работы, однако эта сумма снизилась до 7-8 млрд.руб., из которых реально, согласно различным расчетам, до республики дошли лишь 1,5-2 млрд.руб.4 В Южной Осетии на различные должности решением Кремля назначаются люди, угодные Москве. Например, бывший де факто президент Южной Осетии Э.Кокойты министром обороны назначил офицера российской военной разведки полковника Яхновца.5 Несмотря но подобную кадровую политику, Москва не в состоянии осуществлять контроль за денежными потоками, направляемыми в регион. Неясно, где происходит присвоение денег – в Москве или Цхинвали. Существует мнение, что коррупция в Южной Осетии тотальна. Хотя, согласно отчетам авторитетных организаций (Carnegie Moscow Centre, International Crisis Group)6, большая часть выделяемых сумм распределяется уже в Москве и, реально для чиновников в Южной Осетии доходят мизерные суммы. На фоне экономического кризиса, Россия не смогла осуществить обещанные инфраструктурные работы и многие значительные для Южной Осетии программы не выполняются в срок. Например, такие важные для региона инфраструктурные проекты, как аэропорт в Цхинвали и сооружение альтернативной автомагистрали отложены.7 Инфраструктурная неразвитость и политическая зависимость от Кремля значительно сдерживают экономическое развитие региона. Отмеченные факторы также исключают иностранные инвестиции в Южной Осетии и экономические взаимоотношения с другими странами. Недоразвитость инфраструктуры мешает производству собственной продукции. Традиционной отраслью Южной Осетии является сельское хозяйство, хотя этот сектор в настоящее время развит слабо и не может удовлетворить потребности местного рынка. Развитие сельского хозяйства особенно застопорилось после вытеснения из региона местного грузинского населения. Согласно расчетов местных экспертов, в Южной Осетии 90% рынка занято продукцией, импортируемой из России. А цена продукции, с учетом транспортных расходов и наличие монополий, достаточно высокая – на 50%-100% выше, чем в южных регионах России.8 Значительным фактором, тормозящим экономическое развитие региона, является малочисленность населения. Точных данных о населении Южной Осетии не существует. Предполагается, что оно не превышает 30 тысяч человек.9 95% всего населения Южной Осетии имеет российское гражданство. Начиная с 90-х годов численность населения перманентно уменьшается. Большой проблемой является миграция. Отток населения из-за высокого уровня криминала и безработицы довольно высок.10 Следует отметить, что на фоне массовой безработицы происходит импорт человеческих ресурсов из России, в том числе, как в сфере строительства, так и в случае назначения на различные должности госслужащих. Часты случаи миграции из Дагестана (строительные бригады), что, в долгосрочной перспективе, повлияет на изменение этнического состава региона в результате образования мусульманской общины.11 Единственный экономический рычаг, который имеет Южная Осетия – это контроль над Рокским тоннелем. Для Южной Осетии Транс-Кавказская магистраль имеет огромное стратегическое значение. Это единственная дорога, которая связывает Южную Осетию с Россией. Хотя, из-за плохих метеоусловий и лавиноопасности она достаточно нестабильна и часто бывает закрыта, в результате чего регион периодически оказывается в абсолютной изоляции.

Военно-политический аспект

Де факто независимость Южной Осетии полностью зависит от военной помощи России. Сотрудничество в военной сфере и сфере безопасности с Россией основывается на двустороннем соглашении, согласно которому Россия имеет право размещать свои военные базы на территории Южной Осетии на срок в 49 лет (с автоматической пролонгацией на последующие 15 лет). Соглашение относится к четырем военным базам в Южной Осетии и семи базам в Абхазии.12 В настоящее время в Южной Осетии находится до 4 000 российских военнослужащих.13 Что касается вооруженных сил Южной Осетии, то по инициативе министра обороны России, численность собственных вооруженных сил Южной Осетии уменьшилось с 2 800 до 200 человек. Административную границу региона охраняет 1 500 российских военных. 14 Крайне отрицательным сценарием развития Южной Осетии является ее трансформация в военную базу России с единственной собственной функцией – снабжение и обслуживание российского военного контингента. Большой проблемой региона остается его изоляция и непризнание независимости другими странами и международным сообществом. Основная деятельность де факто министерства иностранных дел Южной Осетии ограничивается договорами, подписанными с Россией и визитами в Москву, а также в несколько других дружественных государств.15 Несмотря на многочисленные попытки добиться признания независимости Южной Осетии, России не удалось уговорить даже такого своего ближайшего союзника, каким является Беларусь. А. Лукашенко неоднократно заявлял, что он пересмотрит этот вопрос, однако очевидно, что Минск не готов пойти на этот шаг и еще более ухудшить и без того непростые отношения Беларуси с Западом и Евросоюзом.16 Политическая изоляция тормозит тормозит развитие гражданского сектора. В результате разрыва с Тбилиси, прекратилось какое-либо финансирование со стороны западных доноров, ранее осуществляемое через Тбилиси. Кроме организации «Красный Крест» в регионе не работает ни одна международная организация. Из 100 зарегистрированных местных неправительственных организаций функционирует лишь около 10%.17 Гражданская активность любого типа воспринимается как прямое противостояние с де факто властями. Влияние России на Южную Осетию не ограничивается лишь экономическими аспектами и аспектами безопасности. Россия прямо и грубо вмешивается и во внутреннюю политику Южной Осетии. Она сохраняет влияние на такие значительные сферы, какими являются: пограничная политика, гражданский порядок и внешние взаимоотношения.18 Хорошим примером вмешательства России во внутреннюю политику Южной Осетии являются президентские выборы 2011 года, когда победившая на них, но не устраивавшая Кремль кандидат Алла Джиоева была бесцеремонно устранена с внутриполитического поля Южной Осетии. Южная Осетия не обладает собственной стратегией развития государственности. Кроме того, что регион финансово абсолютно зависит от России, в Южной Осетии действует российское законодательство, в том числе, и Налоговый кодекс. Это тем более удивительно и парадоксально, если учесть, что данный Налоговый кодекс разработан и принят для государства, по своим масштабам не сопоставимого с Южной Осетией.

Выводы

В Южной Осетии не существует видения того, каким должен быть окончательный статус региона. Часть населения и политической элиты рассматривает вариант объединения Северной и Южной Осетий и возможность создания независимого государства на этой основе. Второй возможный сценарий – присоединение Южной Осетии к российскому государству посредством объединения с Северной Осетией или же, непосредственно, в качестве отдельного субъекта. Хотя видно, что Россия не готова пойти на такой шаг. С одной стороны, необходимо принять во внимание и без того отрицательное отношение российских националистов к факту субсидирования и финансирования кавказских субъектов РФ. Появление дополнительного региона на юге России вызвало бы недовольство части российского общества и политической элиты. Кроме того, возможно значительное реагирование со стороны международного сообщества. Принять подобное решение России не позволят международные обязательства. Одно дело, когда признается создание нового государства и его независимость; и совсем другое – когда осуществляешь прямую аннексию. Присоединением региона Москва совершенно уничтожит российский аргумент – что война 2008 года являлась гуманитарным актом по защите своих граждан. После августовской войны 2008 года посол России в НАТО Д.Рогозин заявил, что признанием сепаратистских регионов Россия доказала, что не желает присоединения дополнительных территорий. Этим заявлением якобы были рассеяны существовавшие сомнения и подозрения, что в планы России входит аннексия Южной Осетии и Абхазии. Вышеперечисленные сценарии на данном этапе крайне не реалистичны и неприемлемы для России. Исходя из этого, Южной Осетии еще предстоит борьба за развитие в условиях существующей реальности – де факто независимости. А ресурсами для этого она не обладает. Политическая изоляция не дает перспектив для экономического развития. В условиях же международной изоляции нельзя представить строительство государства современного типа. Можно сказать, что, с одной стороны, Южная Осетия добилась своей политической цели. Регион никогда не был столь независимым от Грузии, как сегодня. В то же время это тоже факт, что она никогда не была столь зависимой от России, как сегодня. Де факто независимость Южной Осетии от Грузии означает ее военно-политическую и экономическую зависимость от России.

_____________________________________

1 http://www.abkhazworld.com/news/recognition/527-more-states-will-recognize-abkhazia-sossetia.html

2 Georgia and its breakaway regions: no progress in sight , by Canan Atilgan & Mikheil Sarjveladze, KAS International Reports 6/2012 http://www.kas.de/wf/doc/kas_31263-544-2- 30.pdf?120608094435

3 http://www.georgiatimes.info/news/84654.html

4 SOUTH OSSETIA: AFTERMATH AND OUTLOOK; Carnegie Moscow Centre, Black Sea Peacebuilding Network, Report 2011/1

5 http://vestnikkavkaza.net/news/politics/4266.html

6 SOUTH OSSETIA: AFTERMATH AND OUTLOOK, ALEXANDER SKAKOV, Carnegie Moscow Centre, Black Sea Peacebuilding Network. Report 2011/1, SOUTH OSSETIA: THE BURDEN OF RECOGNITION, International Crisis Group, Europe Report N°205 – 7 June 2010

7 SOUTH OSSETIA: AFTERMATH AND OUTLOOK, ALEXANDER SKAKOV, Carnegie Moscow Centre, Black Sea Peacebuilding Network. Report 2011/1,

8 SOUTH OSSETIA: THE BURDEN OF RECOGNITION, International Crisis Group, Europe Report N°205 – 7 June 2010

9 Georgia and its breakaway regions: no progress in sight , by Canan Atilgan & Mikheil Sarjveladze, KAS International Reports 6/2012 http://www.kas.de/wf/doc/kas_31263-544-2- 30.pdf?120608094435

10 ქართულ-ოსური კონფლიქტი: სამშვიდობო გზის ძიება, George Mason University, GFSIS, 2011, გვ. 22

11SOUTH OSSETIA: AFTERMATH AND OUTLOOK, ALEXANDER SKAKOV, Carnegie Moscow Centre, Black Sea Peacebuilding Network. Report 2011/1

12http://www.eurasianet.org/node/64292

13 Georgia and its breakaway regions: no progress in sight , by Canan Atilgan & Mikheil Sarjveladze, KAS International Reports 6/2012 http://www.kas.de/wf/doc/kas_31263-544-2- 30.pdf?120608094435

14 Georgia and its breakaway regions: no progress in sight , by Canan Atilgan & Mikheil Sarjveladze, KAS International Reports 6/2012 http://www.kas.de/wf/doc/kas_31263-544-2- 30.pdf?120608094435

15 http://cominf.org/en/node/1166496196

16 http://www.civil.ge/eng/article.php?id=22721

17 Georgia and its breakaway regions: no progress in sight , by Canan Atilgan & Mikheil Sarjveladze, KAS International Reports 6/2012 http://www.kas.de/wf/doc/kas_31263-544-2- 30.pdf?120608094435

18 Georgia and its breakaway reგions: no progress in sight , by Canan Atilgan & Mikheil Sarjveladze, KAS International Reports 6/2012 http://www.kas.de/wf/doc/kas_31263-544-2- 30.pdf?120608094435

19 SOUTH OSSETIA: AFTERMATH AND OUTLOOK; Carnegie Moscow Centre, Black Sea Peacebuilding Network, Report 2011/1სამწუხაროდ ეს ტექსტი მხოლოდ რუსულად არის ხელმისაწვდომი.

Comments

1 Comment

  1. Jango:

    nice article, Ana. Good, precise analysis.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *