Роль Турции в грузино-абхазском конфликте

Нино Топуридзе:

На протяжении последних лет экономическая и политическая активизация Турции в Абхазии неоднозначно оценивается грузинским политическим спектром. Для грузинской стороны очень неудобным является как вопрос режима морской торговли Турции с Абхазией, так и визиты турецких политиков в Абхазию.

Безрезультатно завершилась предпринятая грузинским правительством в 2010 году попытка разработать совместно с Турцией правовые рамки, которые придали бы легитимность партнерству Турции с Абхазией, поэтому вопрос экономических отношений между Абхазией и Турцией по сей день остается открытым.

С 2009 года активизировались визиты турецких дипломатов в Абхазию. Подтверждением этого был визит заместителя министра иностранных дел Турции Унала Чевикоза в Абхазию. Во время проведенной в рамках визита встречи с абхазским официозом были рассмотрены возможности турецко-абхазского потенциального экономического партнерства.[1]

В 2011 году Абхазию посетил руководитель Кавказского департамента Министерства иностранных дел Турции Нурдан Байактар вместе с послом Турции в Грузии Левентом Муратом Бурханом. По заявлению посла – Мурата Бурхана, целью встречи рабочей группы было расширение и углубление двусторонних взаимоотношений. По его же словам, Турция надеялась «на рассмотрение вопроса налаживания прямых экономических связей с Абхазией»[2];

В 2014 году Абхазию посетили две турецкие делегации: в лице турецких журналистов и представителей Министерства иностранных дел Турции.

Нужно отметить, что Министерство иностранных дел Грузии в связи с участившимися визитами не делало каких-либо официальных заявлений, в Турцию не была послана нота протеста, не был вызван посол Турции в Грузии. Свою позицию относительно визита турецких журналистов в Абхазию Министерство иностранных дел Грузии деликатно зафиксировало во время встречи с послом Турции в Грузии. Согласно информации Иностранного ведомства, при встрече заместитель министра Давид Джалаганиа зафиксировал, что подобные факты (визиты) не способствуют тесным партнерским взаимоотношениям, существующим между Грузией и Турцией, и выразил надежду, что в будущем это не повторится[3].

В настоящий момент в Грузии между правительством и политическими экспертами нет единого сформировавшегося видения, которое бы в точности определило, какой должна быть позиция Грузии в связи с действиями Турции в Абхазии.

Согласно позиции правительства, Турция – надежный партнер, который никогда не нанесет вреда интересам Грузии. А часть экспертов считает, что Турции как сильному игроку в регионе, дается возможность в качестве медиатора внести новый заряд в процесс мирного урегулирования грузино-абхазского конфликта.

Целью указанной статьи является анализ: 1. итогов турецко-абхазского сотрудничества; 2. роли Турции как возможного медиатора в урегулировании грузино-абхазского конфликта.

Турецко-абхазское экономическое сотрудничество.

Согласно статистическим данным так называемого Департамента статистики Абхазии за 2013-2014 год, Турция является вторым по счету экономическим партнером Абхазии после России (указанная статистика не учитывает торговые отношения с остальной Грузией). Торговый оборот Абхазии по странам свидетельствует, что 14% от полного экономического оборота приходится на Турцию, 60% — на Россию и только 26% – на другие страны-партнеры.[4] Турция является экспортным партнером номер два для Абхазии, ее доля составляет 28%. Что касается импорта, тот же показатель составляет 12%.[5] В целом, в турецко-абхазских отношениях важны два аспекта. Первый аспект – Анкара пренебрегает интересами Грузии и действует в Абхазии в обход грузинского законодательства и норм международного права; второй аспект – ее действия все-таки приносят определенный положительный результат. Несмотря на то, что с 1996 года Турция, вместе со странами СНГ, присоединилась к экономическому эмбарго против Абхазии, торговля между Турцией и Абхазией все равно осуществляется, в основном путем морского сообщения. С 1996 года по сей день береговая охрана Грузии задержала более 60 кораблей, которые незаконно пересекли морское пространство Грузии в направлении Абхазии и назад.

Грузинская сторона рассматривает незаконное пересечение своего морского пространства как нарушение грузинского законодательства. Постановлением правительства Грузии от 12 ноября 2008 года запрещаются любые взаимоотношения с оккупированными территориями кроме случаев, когда согласие на деятельность на оккупированных территориях выдана правительством Грузии.[6]

Согласно Указу президента Грузии от 2004 года, правительство оставляет за собой право, с целью соблюдения собственного законодательства, ограничить свободу морского передвижения в рамках Морской Экономической Зоны Грузии в Черном море.[7] Соответственно, всяческие взаимоотношения с Абхазией, должны быть координированы с правительством Грузии, что полностью проигнорировано турецкой стороной.

Особенно плохая ситуация сложилась в 2009 году, когда грузинская сторона задержала турецкий корабль «Бакет». Грузинский суд приговорил капитана корабля к 24 годам заключения. Его освобождение из-под стражи стало возможным только по требованию тогдашнего министра иностранных дел и теперешнего премьер-министра Турции Ахмета Давутоглу.

После инцидента с «Бакетом», в 2010 году в Батуми были проведены турецко-грузинские переговоры на тему морского сообщения. Главной целью переговоров было создание правовых рамок, которые позволили бы Турции законно, по договоренности с Грузией, осуществлять морское сообщение и продолжать экономические взаимоотношения с Абхазией. Осуществление указанного должно было произойти в рамках международного права и его норм. Но, несмотря на мотивацию сторон, стремящихся достичь соглашения, дипломатические переговоры между сторонами завершились безрезультатно. Что касается вопроса незаконного морского сообщения, то он и по сей день является проблематичным.

В 2013 году на задержание турецких кораблей «Айдар», Кусва» и «Паша», откликнулось так называемое министерство иностранных дел Абхазии.[8] Правительство самопровозглашенной Республики Абхазии обвинило грузинскую сторону в незаконном задержании кораблей и потребовало от нее действий в соответствии с нормами международными права.

Со своей стороны Турция объясняет свою активизацию в Абхазии интересами частного бизнеса. Часто речь идет о том, что существующая в Турции абхазская диаспора активно лоббирует формирование добрососедских отношений с Абхазией.

Хотя на уровне государственной политики не существует какого-либо официального стратегического документа, который бы разъяснял или описывал интересы Турции в Абхазии, невозможно поверить в то, что укрепление экономических контактов с Абхазией происходит без учета государственных интересов. Поэтому, когда речь идет о турецко-абхазских отношениях, то здесь не должны подразумеваться только лишь экономические цели частного бизнеса, но за ними нужно видеть государственные интересы Турции.

Несмотря на то, что Турция проводит свою деятельность в Абхазии без согласования с грузинской стороной, экономическая деятельность Турции в Абхазии имеет свои положительные стороны: 1. Турция содействует экономическому укреплению Абхазии; 2. Турция назначительно, но все-таки уменьшает влияние России на Абхазию и укореняется в качестве альтернативы России; 3. Турция по-прежнему придерживается политики непризнания по отношению к Абхазии.

С одной стороны, Турция, хоть и незначительно, но уменьшает экономическую зависимость Абхазии от России, содействует экономическому разнообразию и ее выходу из изоляции.

Важно и то, что указанные действия осуществляются со стороны Турции параллельно с постоянной демонстрацией ею поддержки суверенитета и территориальной целостности Грузии. Турция продолжает политику непризнания Абхазии. Именно этим можно объяснить позицию правительства Грузии в рамках грузино-турецких переговоров 2010 года, во время которых требованием правительства Грузии было не прерывание морского сообщения и экономических отношений между Турцией и Абхазией, а приведение этих взаимоотношений в правовые рамки.

При анализе роли Турции в грузино-абхазском конфликте нужно принимать во внимание несколько вопросов. В первую очередь – какова причина активизации Турции, и насколько Турция концентрирована только на Абхазию. Вместе с этим, очень важна оценка потенциала Турции как медиатора, и заинтересованность сторон во включении нового фактора в процессе резолюции конфликта.

На протяжении последних лет Турция довольно хорошее развилась экономически, она является сильным военным партнером как для НАТО, так и для Грузии, вносит очень большой вклад в процесс обучения и тренировки грузинских вооруженных сил. Турция не скрывает, что хочет укрепиться в регионе в качестве лидера. Демонстрация этого произошла еще во время конфликта 2008 года между Россией и Грузией, когда Турция выступила с инициативой создания платформы стабильности и партнерства на Кавказе. Главной целью создания платформы на Кавказе было создание нового блока безопасности, в который бы объединились Грузия, Азербайджан, Армения, Россия и Турция. Но указанная инициатива не была осуществлена. Одной из главных причин неудачи была несогласованность сторон, включенных в проект. Указанная инициатива служила внешним интересам Турции, ее усилению на Кавказе в качестве т.н. «мягкой силы».

Турция налаживает тесные взаимоотношения в Центральной Азии, и даже предприняла устную попытку защиты крымских татар. Вскоре после начала конфликта находящийся в Анкаре с визитом бывший премьер-министр Давутоглу заявил, что Турция будет продолжать защищать права крымских татар: «Мы никогда не оставляли крымских татар одних и не оставим и впредь», – заявил Давутоглу.[9] Но, несмотря на то, что Крым и крымские татары имеют принципиальную важность для Турции, Анкара не предприняла существенных шагов для выполнения своих обещаний.

Причиной выше указанного может быть только одно – Турция воздержалась от прямой конфронтации с Россией, соответственно, она ограничилась только устными переговорами. Как заявил Давутоглу, во время телефонного разговора с Путиным он попросил президента России защитить права татар в Крыму.[10]

Учитывая все это, неудивительно, что Турция хочет увеличить свое политическое и экономическое влияние в Абхазии, хотя второй вопрос состоит в том, насколько в состоянии Турция закрепиться в Абхазии, с учетом того, что события в Крыму (где интерес Турции еще больше) показали, что Турция никоим образом не планирует вступать в противостояние с Россией. Более того, возможно, новые энерго-проекты между Россией и Турцией еще более углубят их партнерство.

Анализ предпринятых Турцией в отношении Абхазии шагов также свидетельствует, что Турция не заинтересована в статусе медиатора в грузино-абхазском конфликте. Несмотря на добрососедские и тесные партнерские отношения с Грузией, в настоящий момент для Турции важнее дружба с Россией (проект нового газопровода между Россией и Турцией[11]), поэтому, если смотреть с этой точки зрения, Турция не предпримет такие шаги, которые могут навредить этому выгодному сотрудничеству (не будет добиваться статуса медиатора).

В процесс урегулирования грузино-абхазского конфликта включены: ООН, ОБСЕ, Евросоюз. В Женеве проходят переговоры с участием сторон конфликта, хотя трудно говорить об успехах медиации. Поэтому рождается вопрос, насколько стороны конфликта заинтересованы во включении Турции в процесс урегулирования конфликта?

Россия, которая является главным игроком в Абхазии, естественно, не приветствует появление конкурента. Интересно, что Россия пытается уменьшить экономическую активность Турции в Абхазии. Наглядным примером этого является «изгнание» турецкой компании из шахты по добыче каменного угля в Ткварчели. Кроме того, Россия старается ослабить религиозную и образовательную активность Турции в Абхазии.

Абхазия, которая напрямую зависит от России, не будет обострять отношения с ней без четко выраженной поддержки Турции. Турция, сохраняя с Грузией тесные партнерские отношения и проводя политику непризнания Абхазии, дает знать Абхазии, что та не должна ждать от Турции своего признания как независимого государства. Соответственно, если Россия будет препятствовать включению Турции в процесс переговоров, ту же позицию разделит и Абхазия.

Для Грузии, с одной стороны, возможно, интересно включение Турции как медиатора в процесс урегулирования конфликта. Может быть, такая активность внесет «новую жизнь» в процесс переговоров, вошедших в тупик. Хотя, с другой стороны, Грузия ясно видит, что Турция в отношении Абхазии игнорирует интересы Грузии, соответственно, Анкара не является надежным партнером. Исходя из этого, в интерес Грузии также не должна входить Турция, еще более активизировавшаяся в Абхазии, благодаря новым возможностям и новому статусу.

В итоге, на данном этапе рассмотрение роли Турции как медиатора в грузино-абхазском конфликте возможно только теоретически, поскольку, исходя из интересов включенных в конфликт сторон, указанная идея лишена возможности быть претворенной в жизнь.

Какой должна быть стратегия Грузии в связи с активностью Турции в Абхазии?

Анализ экономических и политических вопросов свидетельствует, что Турция не добивается роли медиатора в грузино-абхазском конфликте. По отношению к Абхазии, Турция действует в рамках своих экономических и политических интересов, во время чего происходит игнорирование интересов Грузии. У грузинской стороны не так уж много механизмов давления на Турцию, именно этим объясняется та политика «мягкого протеста», которую проводит Грузия в отношении Турции.

Исходя из всего вышесказанного, желательно, чтобы был восстановлен формат переговоров 2010 года, целью которых было придание правовых рамок этому вопросу, благодаря чему Тбилиси сможет избежать осложнений в грузино-турецких отношениях.

_______________________________________

[1] Хасан Канболат – «Турецко-абхазские отношения после Чевикоза». Today Zaman, 17.09. 2009;

[2] «Бум турецких инвестиций и торговли в Абхазии» – журнал «Табула», 01.04.2011.

[3] «Давид Джалагания опротестовал на встрече с послом Турции визит турецких журналистов в Абхазию», IPN.ge, 13.05.2014

[4] Подведение итогов проведенной работы – Итоговый отчет за первый квартал 2014 года государственного таможенно-пропускного пункта, Республики Абхазия;

[5] Ibid. pp. 1-10.

[6] «О порядке выдачи согласий на осуществление деятельности на оккупированных территориях Грузии. – Постановление правительства Грузии № 219.

[7] «Об установлении разделительных схем, морских коридоров и специальных морских районов движения судов в территориальных водах Грузии» — Указ президента Грузии №313;

[8] Заявление Министерства иностранных дел Абхазии относительно конфискации турецкого корабля «Паша», Министерство иностранных дел. 16. 07. 2013;

[9] «Турция продолжит защищать права крымских татар, – заявил Давутоглу». Интернет газета «Today Zaman», 03.07.2014

[10] IBID

[11] Нанджиа Бадиков – «Бенефитная сделка по газу для России и Турции» – он-лайн газета CSIS, 24.12.2014;

Comments

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *