Закавказье 2016: региональное обозрение

Реваз Коиава
исследователь Кавказского Дома

2016 год в Закавказье был богат на различные события. Тем не менее, каких-либо революционных перемен в регионе не произошло и существующее уже несколько лет статус-кво не претерпело серьезных изменений. Даже апрельская «четырехдневная» война в Нагорном Карабахе не смогла его поколебать. Можно сказать, что все три закавказских государства сумели с большим или меньшим успехом справиться со стоявшими перед ними в 2016 году угрозами и вызовами. В данной статье приводится краткий обзор основных событий, имевших место на Южном Кавказе в прошлом году.

Эскалация в Нагорном Карабахе

amier3Вооруженная эскалация застарелого этно-политического конфликта была самым «горячим» явлением года. Новое столкновение стало итогом череды многочисленных инцидентов как в самом Карабахском регионе, так и на других участках армяно-азербайджанской границы, отсутствия результатов в переговорном процессе и изменения военного баланса сил между Ереваном и Баку. Особого внимания заслуживает расширенный спектр технических средств, использованных сторонами во время апрельских событий.

С одной стороны, действия азербайджанской армии в апреле 2016 года стали свидетельством возросшей силы азербайджанского государства. Несмотря на то, что Азербайджану не удалось нанести поражение вооруженным силам Армении и самопровозглашенной республики  Нагорного Карабаха, а с точки зрения занятой территории был достигнут лишь мизерный успех, Баку одержал огромную психологическую победу. Распространенное в Азербайджане представление о Карабахе как о неприступной крепости в определенной степени пошатнулось. На дипломатическом фронте, Азербайджан добился поддержки Анкары и Киева, а Россия, США и Иран постарались сохранить конструктивные отношения с Баку.

Армянские вооруженные силы также проявили себя с положительной стороны во время апрельского кризиса. Им быстро удалось справиться с первоначальным шоком и перегруппироваться. И в Армении, и в Нагорном Карабахе общество продемонстрировало сплоченность и единство в вопросе непризнанной республики. Нагорному Карабаху удалось также сохранить свою инфраструктуру.

По итогам апрельской эскалации не произошло изменений и в формате переговоров по Нагорному Карабаху. Минская группа ОБСЕ остается безальтернативным механизмом процесса урегулирования, несмотря на всеобщую критику ее работы. Остался прежним и главный принцип переговоров, который как и прежде опирается на эклектичное сочетание пресловутых концепций территориальной целостности и самоопределения наций. Особым явлением после конфликта стало усиление роли России в мирном процессе вне Минского формата. В частности, именно в Москве было подписано соглашение о прекращении огня, после чего Кремль приложил дополнительные усилия, чтобы усадить Баку и Ереван за стол переговоров. Запад, как видно, согласился с особой ролью России в процессе урегулирования этого конфликта, главным образом потому, что Москва не собирается что-либо менять в сложившемся статус-кво или подвергать ревизии статус Нагорного Карабаха. Кроме того, Путин имеет огромное неформальное влияние и на Сержа Саркисяна, и на Ильхама Алиева. Сохраняя баланс между Арменией и Азербайджаном, Россия показала, что заинтересована в сохранении статус-кво и Запад не намерен мешать ей в этом вопросе.

Забытые конфликты

В прошлом году, Абхазия и т.н. Южная Осетия в определенном смысле выпали из поля зрения и оказались в ранге «забытых» конфликтов. В де-факто республиках идет ускоренная  «маргинализация» грузинского фактора. И в Сухуми, и в Цхинвали главным определяющим фактором в отношениях между «правительством» и «оппозицией» остается мнение России, а не позиция Тбилиси. Москва рассматривает Абхазию и т.н. Южную Осетию как новые реалии в Закавказье (что зафиксировано в концепции внешней политики Российской Федерации), которые российский МИД и другие структуры призваны защищать. Это совсем не означает, однако, что Грузия готова де-юре признать существующий порядок. Запад поддерживает политику своего главного закавказского партнера по отношению к конфликтным регионам, хотя и воздерживаясь при этом от каких-либо конкретных шагов по изменению сложившегося положения.

2016 год был отмечен серьезными внутренними процессами в этих двух регионах. В Абхазии, в течении всего года продолжались акции протеста оппозиции, стремящейся оказать давление на власти, а в Южной Осетии вновь развернулась активная дискуссия по поводу референдума о присоединении к России. В конце года, де факто президент Абхазии Рауль Хаджимба и абхазская оппозиция сумели прийти с соглашению о кооптации представителей оппозиции во властные структуры (оппозиция получит посты генерального прокурора, вице-премьера и ряд других официальных должностей). Однако, расстановка политических сил в де факто республике и жизнеспособность достигнутого соглашения будут во многом зависеть от итогов предстоящих в нынешнем году парламентских выборов в Абхазии.

В Южной Осетии удалось прийти к компромиссному решению: референдум о присоединении к России был отложен до окончания президентской кампании. Предвыборная кампания началась в декабре 2016 года, а выборы де факто президента состоятся в апреле. Ожидается, что основная борьба развернется между двумя главными претендентами – де факто президентом Леонидом Тибиловым и спикером де факто парламента, лидером партии «Единая Осетия» Анатолием Бибиловым. Интригу предстоящим выборам добавляет участие в них Эдуарда Кокойты.

Грузия: год парламентских выборов

amier2В 2016 году в Грузии состоялись парламентские выборы, на которых правящая партия получила тот результат, на который расчитывала. Пришедшая к власти четыре года назад «Грузинская мечта» сумела сохранить свое первенство. Несмотря на уход ряда известных политиков, превращение из коалиции в партию придало «Грузинской мечте» больше монолитности и целостности. Возглавляемая премьер-министром Георгием Квирикашвили, партия стала главным победителем парламентских выборов, получив 115 парламентских мандатов – на два мандата больше, чем требовалось для конституционного большинства. Представители «Грузинской мечты» назвали выборы образцовыми и оценили их как переломный момент в процессе демократического развития страны.

Ведущая оппозиционная партия, «Единое национальное движение», получила 27 мандатов в новом парламенте. Начавшиеся после выборов внутрипартийные процессы привели к ослаблению партии и ее распаду на два лагеря, один из которых остался верен бывшему президенту Михаилу Саакашвили, а другой потребовал избрать нового лидера партии, из числа политиков, находящихся в Грузии.

Выборы 2016 года пошатнули двухпартийный политический ландшафт Грузии. Правоцентристский «Альянс патриотов Грузии», который преподносит себя как защитника «традиционных ценностей», отличается жесткой критикой политики Турции и считает реальной «исламскую угрозу», получил шесть парламентских мест.

Кавказский регион в последнее время отошел на задний план в сфере интересов Запада. Несмотря на это, однако, Грузии удалось добиться определенных внешнеполитических успехов в отношениях с западным сообществом. Углубилось двустороннее военно-политическое взаимодействие и сотрудничество с США.  Евросоюз предпринял серьезные шаги по визовой либерализации с Грузией, хотя следует отметить, что одновременно с этим ЕС утвердил особый механизм приостановки безвизового режима для Украины и Грузии.

Армения – внутренний раскол

amier1Эскалация вооруженного конфликта в Нагорном Карабахе вызвала внутриполитические волнения в Армении. Война обострила застарелые внутренние проблемы, вызванные экономическими трудностями и недовольством политикой правительства. В определенной мере осложнились и армяно-российские отношения. В Армении негативно восприняли роль Москвы в апрельских событиях 2016 года, также как и укрепление азербайджано-российского сотрудничества.

Кульминацией политического оживления стали драматические события июля, когда члены военизированной группировки «Сасна Црер» захватили и больше двух недель удерживали территорию полка патрульно-постовой службы полиции в Ереване. И хотя их акция завершилась поражением, проявления солидарности и симпатии в их адрес со стороны общественности высветили низкий уровень легитимности правительства президента Сержа Саркисяна. Для смягчения внутри-политического кризиса, в сентябре 2016 года был назначен на должность новый премьер-министр. Овика Абрамяна сменил на этом посту Карен Карапетян, не имеющий явно выраженных политических амбиций и считающийся «технократом». Именно ему, как видно, предстоит осуществить переход от существующей президентской к парламентской модели правления. На 2 апреля 2017 года в Армении назначены парламентские выборы, которые и определят будущее распределение сил на политической арене страны.

С внешнеполитической точки зрения, значительным событием года стал визит в Ереван президента Ирана Хасана Роухани, который назвал Армению коридором, открывающим для Ирана путь на Запад. В ходе визита стороны договорились о сотрудничестве в деле развития транспортного и транзитного коридора от Черного моря до Персидского залива.

Азербайджан – год референдума

В конце сентября, в Азербайджане состоялся референдум, на который были вынесены 29 поправок к конституции страны. Наиболее значимыми из них были  увеличение срока президентских полномочий с пяти до семи лет и предоставление президенту права распускать парламент. За первую поправку проголосовало 84.2% пришедших на референдум, за вторую – 87.9%.

Эксперты считают, что необходимость проведения референдума была вызвана экономическими трудностями.  Неожиданное резкое падение цен на нефть привело к бюджетному дефициту и значительному обесцениванию национальной валюты, маната. За прошедшие десять лет в Азербайджане был создан рынок ценных бумаг, позволявший государству покупать лояльность граждан с помощью щедрых дивидендов. Однако, сегодня эта система стала менее доступной и вместе с давлением на валюту превратилась в источник структурных экономических проблем для государства. В условиях отсутствия публичной политики, основная конкуренция разворачивается внутри бюрократической элиты, чему в немалой степени способствует тяжелая экономическая ситуация. В таких обстоятельствах, проведение референдума и инициирование конституционной реформы можно считать тестом на лояльность с одной стороны и инструментом по сплочению различных групп влияния с другой. В тоже время, референдум стал своеобразным тестом и для оппозиции. Несмотря на то, что позиции власти все еще выглядят непоколебимыми, ей все труднее скрывать как экономический кризис, так и рост радикальных исламистских взглядов среди азербайджанской молодежи.

Заключение

В 2016 году, значительную роль для региона играли внешние факторы. Внимание всех трех закавказских государств было приковано к международным событиям: выход Великобритании из Европейского союза и его потенциальное влияние на будущее ЕС, президентская кампания в США, завершившаяся победой Дональда Трампа, Сирийский кризис. Однако, еще большее значение для них имели процессы в соседних странах, такие как попытка военного переворота в Турции и последовавшие за этим чистки внутри турецкой политической элиты, снятие многолетних экономических санкций с Ирана, обострение российско-турецких отношений в результате уничтожения турецкими ВВС российского военного самолета и последующее примирение этих двух крупнейших государств региона. Отношения с путинской Россией остаются приоритетом для всех трех республик, несмотря на различия в подходах.

В целом, 2016 год был для региона более мирным, чем для остального мира. Проблемы государственного строительства, первоначальная националистическая эйфория и трудности прошлых лет стали уже пройденным этапом. И хотя закавказские страны по прежнему сталкиваются с различными кризисами, они научились с ними справляться. Их жизнеспособность уже не вызывает сомнения и их институты все глубже пускают корни. В 2017 году они, по всей видимости, окажутся перед новыми серьезными вызовами, когда им придется противостоять как внутренним проблемам, так и последствиям влияющих на регион международных потрясений.

Comments

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *