Гиорги Канашвили
Исполнительный директор «Кавказского дома»
Эта статья была впервые опубликована на сайте Netgazeti на грузинском языке.
«Мягкая сила» — сравнительно новое понятие в политических науках, оно появляется в научной литературе в 90-х годах прошлого столетия. Наиболее простое дефиниция мягкой силы следующее: получение желаемого результата с использованием несиловых методов воздействия. Практику успешного применения мягкой силы в основном связывают со странами Запада, хотя в последнее время эту концепцию пытаются развивать и другие страны, в том числе и Россия.
Мягкая сила в условиях оккупации
Российской мягкой силе в Грузии приходится оперировать в условиях оккупации части территории этой страны, что, естественно, существенно ограничивает ее эффективность. Единственный случай, где российская мягкая сила конкурирует с западной в приблизительно аналогичных условиях, это Сербия.
Но здесь есть существенные различия, при которых распространение российской мякгой силы в Грузии еще больше усложняется: а) Белград бомбила НАТО, а не Евросоюз; несмотря на то, что многие страны Евросоюза являются одновременно и членами НАТО, их участие в операции разнилось; б) не все страны Евросоюза признали независимость Косово. А в случае с Грузией – агрессор, оккупировавший ее территории, и страна, использующая мягкую силу – один и тот же субъект.
Несмотря на казалось бы выгодные для России стартовые условия в Сербии (историческое союзничество, исповедание одной и той же религии, военная операция НАТО против Белграда), в конкурентной борьбе мягких сил России и Запада побеждает последний, что выражается в стремлении большей части политической элиты Сербии максимально приблизить страну к Евросоюзу; также на повестке дня стоит вопрос об углублении отношений с НАТО. Этот пример говорит о том, что на данном этапе даже при таких благоприятных условиях как в Сербии, российская мягкая сила не выдерживает конкуренции с западной.
Если исходить из этого примера, цель российской политики мягкой силы – по возможности завоевать сердца и умы граждан Грузии, чтобы приобрести возможнсть прямого воздействия на политческую жизнь страны – труднодостижимая. Тем более, что пример той же Сербии нам показывает, что, в случае наличия привлекательной, достойной подражания внешней модели, государство может поступиться принципом своей территориальной целостности в пользу успешного развития.
Инструменты российской мягкой силы
Здесь с самого начала следует отметить, что появление феномена мягкой силы в российском политическом мышлении и арсенале, как действенного компонента внешней политики – явление последнего времени. Соответственно, разработка системного подхода, выявление и задействование ее инструментов, как в отношении Грузии, так и в отошении других стран постсоветского пространства, фактически, происходит именно сейчас.
Культурно-идеологическое измерение
Культурно-идеологическое измерение российской мягкой силы претендует на универсальность, и ее действия здесь расчитаны, конечно же, не только на грузинское население. Постсоветская Россия долго пребывала в состоянии кризиса идентичности; в последние же годы, находясь в режиме нарастающего противостояния с Западом, она выделила такой краеугольный камень своей идеологии, который определяется понятием традиционализма. И внутри страны, и во вне Путин позиционирует Россию как страну, охраняющую традиционные ценности, и это находит определенный положительный отзыв как у части обществ в постсоветских странах, так и на Западе. Уже можно констатировать, что, благодаря комбинации своей нынешней идеологии и финансов, Россия успешно приобретает новых союзников в Европе в лице усиливающихся разнообразных политических партий и общественных движений. В постсоветских же странах, включая Грузию, она воодушевила антизападно настроенных людей и указала им четкий ориентир.
Религия
Русская православная церковь традиционно служила интересам российского государства. Также и сегодня, при помощи связей с православными общинами по всему миру, она способствует приведению в действие и, порой, успеху российской мягкой силы везде, куда имеет доступ. Тем более, что традиционализм Путина, а по сути, антилиберализм, очень близок мировоззрению основного потока служителей Русской православной церкви.
Известно, что российская и грузинская Патриархии тесно сотрудничают друг с другом. На сегодняшний день в Грузии именно Патриахия, будучи в то же время самой рейтинговой институцией в стране, испытывает непосредственное влияние российской мягкой силы. Но, как показывает практика, представления о ее реальном влиянии несколько преувеличены.
На основании данных, полученных из различных, как открытых, так и закрытых источников, можно сказать, что внутри Грузинской православной церкви сосуществует несколько группировок, по-разному относящихся к России, что снижает влияние Российской православной церкви на Грузинскую православную церковь и, соответственно, на ее прихожан.
Экономические рычаги
Экономика – одна из наиболее важных составляющих российской мягкой силы. Россия успешно шантажирует страны с помощью разных экономических рычагов, в основном энергоресурсов. Что касается Грузии, российский бизнес довольно активен внутри самой страны; вместе с тем, усилиями новых властей, грузинская продукция частично вернулась на российский рынок. При этом рост экономических связей с Россией вызывает страхи у определенной части грузинского общества. Впрочем, на сегодня экспорт в Россию не достиг тех показателей во внешней торговле Грузии, при которых возможное эмбарго со стороны России могло бы нанести невосполнимые убытки нашей экономике. А новые перспективы, связанные с соглашением об ассоциации с Евросоюзом, возможно, еще больше снизят российское влияние на экономику Грузии.
Этинческие меньшинства
Действуя в своих интересах, Россия планомерно работает в специфических регионах Грузии и других стран, где сущетвует недовольство по отношению к центру. Эта работа оказалась довольно успешной в Джавахетии, что было связано со многими факторами, в том числе и с наличием российской военной базы в регионе. В последние годы здесь наблюдается снижение российского влияния на фоне разнообазных проектов в сфере инфраструктуры и образования, проводимых руководством Грузии. В то же время надо учитывать и тот факт, что соседняя Армения идет по пути более глубокой интеграции с Россией, что оказывает соответствующее воздействие на определенный сегмент населения.
Политические партии, СМИ, неправительственные организации
Приход новой власти в результате парламентских выборов 2012 года и отказ от репрессивных методов способствовали активизации тех политических партий, средств массовой информации и неправительственных организаций, которые считаются проводниками пророссийской политики. У части общества их активизация вызвала избыточную тревогу. Как мы отметили выше, российская мягкая сила ограничена в Грузии многими объективными факторами, главный из которых неконкурентоспособность российской модели по сравнению с западной. Причины этого, кроме всего прочего, — слабость политических партий в самой России, жесткий контроль над СМИ со стороны государства и слаборазвитые, существующие в режиме постоянных репрессий, неправительственные организации. Принципиально невозможно развивать в другой стране институции, которые в твоей собственной стране испытывают кризис, и, соответственно, влияние вышеозначенных акторов на политическую жизнь в Грузии с самого начала лимитировано.
Заключение
Потенциал российской мягкой силы в Грузии ограничен; ей, с одной стороны, приходится конкурировать с мягкой силой Запада, а с другой стороны – функционировать в условиях продолжительной политической конфронтации и оккупации части территории страны, на которую она пытается влиять. Это заставляет нас думать, что в существующей на данный момент реальности российская мягкая сила не в состоянии изменить настроения и политическую ориентацию населения Грузии.
